Заур Хот "Стремление к красоте"

Журнал "Литературная Адыгея"  (№ 4 2015)

 

 

 

Это твои люди, Адыгея 

Заур Хот

                                                                    

                                                                                                                                                

Судьба свела нас достаточно давно уже во взрослом возрасте, и я сразу почувствовал, что мне этот человек интересен. Если бы мне предложили охарактеризовать его одним словом, я бы сказал – философ. При общении с ним создается ощущение, что ничто не может вывести его из равновесия: на все события жизни он смотрит глазами мудреца ‑ знающего, что все в мире бренно и течение «реки жизни» предсказуемо и закономерно.

Рашид вернулся в Майкоп по окончании сильнейшего ВУЗа России – Таганрогского радиотехнического института, получил скромную однокомнатную квартиру – по тем временам это была роскошь. Познакомились мы в кругу Адама Асхадовича Ханаху, как поется в известной песне, «музыка нас связала» - я по роду профессии, а он – по зову души. С тех пор – редчайший случай – у нас не случалось ни единой размолвки, хотя характер у меня, особенно по молодости, был взрывной и спокойно относиться к этому мог только такой философ, как Рашид. И выразить отношение к происходящему не сразу, в момент «взрыва», а позднее, в чрезвычайно тактичной форме, но над формулировкой сказанного можно потом думать достаточно долго и возвращаться к сказанному в похожих ситуациях.

Почти в полувековой период нашей дружбы я постоянно нахожу опору в его спокойствии, невозмутимости. Кажется, что всяческая суета просто недостойна его внимания, а жизнью он управляет сам эпически и неторопливо. Удивительный человек, одинаково органично смотрящийся в ложе Венской оперы и в строительной каске, увлеченно читающий стихи наизусть и обсуждающий дизайн собственной приемной, тщательно готовящийся к лекциям для студентов, выверяющий каждую запятую и «уходящий» в тонкие миры при прослушивании классической музыки.

Единственное, что его может взволновать до потрясения – это красота в любом ее проявлении: природы, произведения искусства, женщины, стихов, и – шире – красота мысли (замысла?). В своей жизни он всегда стремится окружить себя красивым – от интерьера до особого эстетического «духа» в семье, когда каждый из его домочадцев имеет отношение к искусству. Жена Земфира – скрипачка, талантливый педагог, подготовившая уже плеяду скрипачей, которые могли бы составить большой оркестр, дочь Сусанна увлечена музыкой и дизайном и уже имеет признание коллег по цеху, внуки также приобщены к музыке.

Любовь к музыкальному искусству в его крови циркулирует, по-видимому, с рождения. И сегодня он всячески поддерживает эстетическое развитие студентов, справедливо полагая, что без этого не вырастить настоящего интеллигента. Это: Институт искусств, Центр культуры, студенческий театр «Арт-Ритон», движение КВНщиков, ансамбль народного танца «Нарт», дизайнерские студии. Любит настоящее искусство и поэзию. На вечере, посвященном 200-летию М. Ю. Лермонтова, лично читал стихи вместе с внучкой со сцены актового зала, чем не впервые удивил присутствующих. Стихи великих поэтов незаметно «вплетаются» и в его бытовую речь, создается ощущение, что поэзия стала его обыденным языком.

Рашид всегда тяготел к Европейской культуре. Он одинаково комфортно чувствует себя в Германии, Франции, Англии и в азиатском регионе. Уважение к национальной культуре проявляет тогда, когда это приближено к классике.

С восторгом он присутствовал при приеме первой программы «Исламея». Кавказские танцы он предпочитает смотреть в классическом их исполнении, всегда остро протестует против проявлений дурного вкуса. Иногда и в филармонии я получал ряд замечаний и категоричных суждений о том, что хорошо, а что плохо.

Одно из последних его увлечений – современная стильная архитектура. Причем это увлечение реализуется не только на уровне просмотра арт-каталогов и альбомов – он претворяет свои мечты в жизнь, считая, что майкопчане достойны жить в прекрасном городе с оригинальными зданиями. Он – настоящий фанатик строительства, своего рода благоукраситель города, полагающий, что красивые здания будут радовать глаз еще многие десятилетия. Реконструкция здания университета и общежития, строительство корпуса по улице Жуковской, бизнес-инкубатора по Гагарина, новых корпусов гуманитарно-технического колледжа, плавательного бассейна «Акуанда», Дворец спорта рядом с университетом по улице Советской.

Многие мои знакомые задают вопрос: зачем ему понадобилось разворачивать подобного масштаба стройки? Сколько ректоров удовлетворяются историческими постройками, приведя их в порядок при помощи косметических манипуляций. Но в личной беседе он как-то поделился соображениями, что, возможно, позднее эти здания будут выполнять какую-то другую функцию, но украшением города останутся. А ведь «пробить» такую работу непросто – необходимо суметь убедить учредителя в Москве, выиграть ряд конкурсов. Думаю, для Рашида здесь важен сам процесс созидания. Ведь строительство, врачевание, обучение, «делание» искусства – сходные процессы.

Зная Рашида как государственного служащего и как ректора вуза, думаю, что, если бы судьба распорядилась как-то иначе – он был бы дальновидным политиком или успешным разведчиком. Умение просчитывать многоходовые комбинации, хладнокровно обдумывать происходящее и дождаться выгодного момента для наступления – здесь ему нет равных. Сильная личность, обладающая замечательной харизмой, незаурядное упорство, организаторский талант, стоек и принципиален с одной стороны, тактичен и интеллигентен – с другой. По-настоящему «государственный муж» ‑ сдержан, политически дальновиден, умеет отделять зерна от плевел. При всем этом – очень сентиментален и чувствителен, но это – наедине с собой или только с очень близкими ему людьми.

В годы становления Республики Адыгея он стал значимой фигурой в первом ее правительстве, был главой администрации при Президенте А.А. Джаримове. Через него решались многие кадровые вопросы, писались первые указы, формировалось новое правительство. На его счету много добрых начинаний, действующих и сегодня. В правящие круги приведены грамотные и компетентные люди. Я могу судить о том, как функционировало тогда правительство, с точки зрения планирования кадровой ситуации в области культуры. Каждый студент консерватории – выходец из Адыгеи – был на учете, с ним держали постоянную связь и планировали его трудоустройство. Постоянно заключались контракты с зарубежными фирмами по производству музыкальных инструментов: необходимо было укомплектовывать открывающиеся и развивающиеся творческие коллективы – камерный музыкальный театр, симфонический оркестр, оркестр русских народных инструментов. Собственно, в процессе такого «государственного строительства» я впервые и оценил его деловые качества.

С большим трепетом относится к роду Хунаговых. Удивительно трепетное отношение к любым представителям рода. Отслеживает все их успехи, по-отечески относится к зарубежным родственникам. Отцовский дом в ауле Джамбечи, тщательно отремонтировав, предоставил родственникам из-за рубежа. И радостно сообщает «Род Хунаговых прибавляется». В своей семье никогда не довлел, старался разговаривать со всеми членами семьи на равных. Конечно, без поддержки семьи он не смог бы работать с такой самоотдачей, особенно в последние годы – на должности ректора университета. Выдерживать подобное напряжение на работе может лишь только тот, у кого прочный тыл и абсолютная уверенность в его надежности. Так случилось, что сегодня Адыгейский государственный университет – едва ли не самое большое работающее предприятие в республике.

Кто-то сказал: «Миром правят любовь и деньги». Сегодня я бы добавил: «Ревность и зависть» ‑ такова человеческая природа. Однако к Рашиду это практически не относится – он настолько искренне радуется чужому успеху, часто содействует ему, «подыгрывает». Только по-настоящему сильный человек может, как ребенок, радоваться чужому успеху. А это признак самодостаточности и отсутствия комплексов. Причем, зная его достаточно давно, я имел возможность наблюдать его в разных жизненных ситуациях – и довольно тяжелых, как, например, в лихие 90-е годы. Тогда мало кто не оказывался неожиданно «не у дел», вместе с государством крушились прежние идеалы, а вслед за ними – связи, в том числе и дружеские. Рашид проявил большую выдержку и терпение.

Возможно, этого он достиг не сразу. Всегда для меня была удивительна  сдержанность, свойственная некоторым видам спорта. Большим спортом он никогда не занимался, но очень любит поездки, своего рода «культурный туризм». Все время поддерживает себя в прекрасной спортивной форме. Многие жители Майкопа могут видеть его на утренней пробежке по улице Гагарина в районе стадиона весьма рано (он «жаворонок») и в прекрасном расположении духа – такие прогулки его вдохновляют, сияющее лицо выдает прилив сил и рождение новых светлых идей. И это в преддверии достаточно долгого рабочего дня, который часто может окончиться затемно – всем известно, что он «трудоголик».

Я не раз задавался вопросом – он живет, чтобы работать, или работает, чтобы жить? Конечно, приходится признать, что он трудоголик, независимо от того, чем занимается. Думаю, в прежние  времена он мог бы гордиться своим трудным восхождением по социальной лестнице: от работы на редукторном заводе, общественной деятельности  в комитете комсомола до сегодняшнего положения – ректора крупнейшего на Юге России вуза, доктора наук, профессора. Думаю, здесь сыграло немаловажную роль старшее поколение семьи Хунаговых – он выходец из учительской семьи, а это дорогого стоит и много значит.

Ему всегда были интересны люди, и в научной своей деятельности он увлечен социологией, о ней может говорить долго и интересно, думаю, что и в поездках он изучает, в первую очередь, то, как живут люди в разных регионах планеты. А особенно его увлекают неординарные личности: так завязалось общение с художником Михаилом Шемякиным, мэром города Белореченска Иваном Имгрунтом, Зауром Тутовым, Волковым Юрием. Трепетно относится к каждому политическому и культурному событию в республике, поддерживает талантливую молодежь. Если он чем-то занимается, то основательно. Для меня – человека, связанного с наукой весьма опосредованно, показателем его уровня является дружба с Юрием Андреевичем Ждановым – большим ученым, бывшим ректором Ростовского госуниверситета, основателем Северо-Кавказского научного центра. Несколько раз он был в Майкопе. При каждом посещении Ростова-на-Дону Рашид старался повидаться с ним. В организации научного дела в АГУ он явно стремился к подражанию лучшим моделям, предложенным Учителем, и ныне в университете действуют диссертационные советы, ряд научных журналов ВАК, где возможна публикация результатов исследований диссертаций, а условия, созданные в научной библиотеке, сравнимы с теми, которые предлагают ведущие вузы страны. Библиотека – предмет особой гордости ректора, важных научных коллег принимают именно там.

Любовь к людям проявляется еще и в глубоком уважении национальных и религиозных чувств людей, мне кажется, как все духовное, все, находящееся в «поле культуры». Не раз он восторженно высказывался о духовной музыке, особенно Европейской традиции (с включением в партитуру органа). В Священных писаниях заключена глубочайшая мысль, красота Слова, облаченная в прекрасную поэтическую форму, не могла не привлечь Рашида. Потому прекрасно уживаются в единой семье студентов и мусульманки в хиджабах, и девушки – православные регенты, углубленно изучающие русскую духовную музыку, иностранцы разной расовой и национальной принадлежности, увлеченно осваивающие русский язык.

Такая открытость для всего нового, позитивного обезоруживает его неприятелей, ведь основной принцип его работы – «делай что должно», причем на высочайшем профессиональном уровне, главный принцип, неоднократно озвученный – «исключить стратегические и тактические ошибки», и то, как ему это удается, подтверждают, что его кропотливое изучение Человека как научного феномена проходит успешно.

Мы – антиподы, мой эмоциональный взрывной характер – противоположность философской уравновешенности Рашида, однако, думаю, в дружбе с ним я нахожу нечто большее: уверенность в незыблемости ценности человеческого общения, определенных нравственно-этических идеалов, самоценности культуры и искусства. Мнение Рашида для меня – своего рода лакмусовая бумага, многие свои шаги я сверял и с его «жизненными часами». Нас объединяет духовная близость, общее увлечение классической музыкой, которая для меня и есть индикатор духовности, то, что может сблизить с человеком и цементировать дружеские отношения. 

Иконка предпросмотра